Скованные одной цепью
Скованные одной цепью
Опубликовано 24/07/2023 в категории "Журнал StatusPraesens".

Скованные одной цепью

«Мир тесен!» — восклицаем мы, когда встречаем знакомых в неожиданных местах, поражаясь тому, как взаимосвязаны многие события в нашей жизни. Женский организм тоже можно рассмотреть как отдельный «мир», и в нём на состояние репродуктивного здоровья пациенток могут влиять дисфункции других органов и систем. Любое нарушение может стать причиной гинекологических и акушерских патологических состояний. Так, микробиом — один из ключевых факторов, определяющий множество аспектов жизнедеятельности организма1. Результаты различных геномных исследований подтверждают, что «здоровый» микробиоценоз необходимо определять индивидуально, поскольку вагинальная экосистема каждой женщины уникальна. Следует отметить, что её состав может изменяться под действием факторов окружающей среды, возраста, диеты, гормонального фона, наличия стрессовых ситуаций и сопутствующих заболеваний, в частности эндокринных.

Новые возможности лабораторной диагностики, включая самые современные методы генетических исследований, постоянно расширяют наши знания о микробиоме человека. Значение состава микробиоты для здоровья человека — как для развития болезней, так и для их предупреждения — давно вышло за рамки классических инфекционно-воспалительных состояний.

Сложные каскады воспалительных реакций участвуют в патогенезе таких акушерских осложнений, как невынашивание беременности, преэклампсия и преждевременные роды2, 3, 4, 5. Описана и ассоциация состава вагинального микробиома с невоспалительными гинекологическими заболеваниями, включая эндометриоз6, дисменорею и даже злокачественные новообразования7, 8*.

Отметим, что врачи всех специальностей, в том числе акушеры-гинекологи, не могут игнорировать и значение кишечной микробиоты, обладающей приоритетом над всеми остальными биотопами организма. Описана роль её изменений в генезе онкологических заболеваний9, рассеянного склероза10, болезней печени11, ожирения12, сахарного диабета (СД)13.

Необходимо оговорить, что чаще всего речь не идёт о ситуации «одна бактерия — одно хроническое заболевание», классическим примером которой в медицине служит ассоциация инфицирования Helicobacter pylori и язвенной болезни желудка. Во-первых, обычно ответственность за патологические изменения возлагают на масштабные сдвиги состава микробиоты, вплоть до уровня крупных таксонов. Во-вторых, причинно-следственные связи микробного дисбаланса и хронических заболеваний изучены далеко не полностью. Для некоторых клинических ситуаций ассоциация может иметь обратный характер, когда изменение популяции микроорганизмов вторично по отношению к болезни.

Центр и периферия

Один из наиболее практически значимых для акушера-гинеколога вопросов — влияние эндокринной системы на микробиоценоз влагалища и состав вагинального секрета. Микробиота влагалища «подведомственна» гормональной регуляции женской репродуктивной системы и претерпевает в течение жизни различные изменения. Так, в детском возрасте значения рН влагалища нейтральны, а биологическая ниша занята микроорганизмами, состав которых близок к кожному. Тем не менее уже задолго до менархе во влагалище нарастает популяция Lactobacillus spp. (L. crispatus, L. gasseri, L. iners, L. jensenii) — в период полового созревания эпителий влагалища под влиянием увеличивающейся продукции эстрогенов начинает вырабатывать поддерживающий молочнокислые палочки гликоген14.

Лактобациллы в свою очередь производят молочную кислоту и перекись водорода, что снижает рН. Это способствует адгезии к эпителиальным клеткам и подавлению роста патогенной и условно-патогенной биоты. При снижении эстрогенной насыщенности организма в постменопаузе наблюдают уменьшение выработки гликогена и сокращение популяции лактобацилл с замещением последних анаэробными бактериями2, 5, 15, 16, 17, 18.

Впрочем, не все лактобациллы имеют одинаковое биологическое значение. Преобладание L. iners , которые не синтезируют D-изомер молочной кислоты и перекись водорода и не связываются с влагалищным эпителием, может способствовать росту условно-патогенной микробиоты4, 15, 19, 20, 21, 22, 23. Ряд авторов предлагают рассматривать L. iners в качестве потенциального биомаркёра вагинальных микроэкологических изменений23.

Эндокринная инфектология

Самые различные эндокринные нарушения могут способствовать отклонениям в составе влагалищной микробиоты, вплоть до возникновения таких гинекологических заболеваний, как бактериальный вагиноз (БВ) и кандидозный вульвовагинит (КВВ).

БВ — наиболее распространённое полимикробное заболевание влагалища у женщин репродуктивного возраста. Факторы риска БВ весьма многочисленны: они включают как физиологические гормональные изменения (беременность, лактация), так и ожирение, стресс, курение, приём глюкокортикоидов, дисбиоз кишечника, нарушение правил интимной гигиены, влагалищные спринцевания21, 24.

Персистенция БВ-ассоциированной факультативной и облигатной анаэробной микробиоты в нижних отделах генитального тракта повышает вероятность воспалительных заболеваний органов малого таза в несколько раз. При БВ pH смещается в щелочную сторону, что влечёт за собой избыточный гидролиз гликогена и обогащение влагалищной жидкости энергетическим субстратом — глюкозой. Однако синтез гликогена падает, и в итоге дефицит глюкозы становится причиной истощения пула лактобацилл. При этом гарднереллы обладают ферментами, способными метаболизировать гликоген25, 26, 27.

Проблема вагинального дисбиоза у пациенток с ожирением обычно «преломлена» через призму ассоциированных с ним заболеваний — СД, синдрома поликистозных яичников (СПЯ). Тем не менее противоречивые аспекты этой клинической ситуации целесообразно рассмотреть самостоятельно. Диеты с высоким содержанием жира, высокой гликемической нагрузкой и энергетической плотностью, низким содержанием витаминов А, С, Е и β-каротина связаны с повышенным риском БВ28, 29.

При ожирении уровень вагинального гликогена выше, что, вероятно, связано с внегонадным синтезом эстрогенов30, 31. По данным одной любопытной работы, это даже оказывает протективный эффект в постменопаузе — частота БВ у таких пациенток оказалась ниже по сравнению с женщинами с нормальной массой тела30.

Тем не менее обычно женщины с избыточной массой тела и ожирением имеют более высокие баллы по шкале Ньюджента и бóльшую частоту БВ21, 28. Пациентки, страдающие ожирением, зачастую имеют несбалансированное питание, что также может изменять состав влагалищной микробиоты. Риск БВ выше при низком содержании в рационе клетчатки29, 32. Усугублять эти проблемы могут нарушения кишечного микробиома у пациенток33.

Спокойствие, только спокойствие!

Пациентки с патологическими выделениями из половых путей испытывают психологический дискомфорт, который предрасполагает к стрессу и ухудшению качества жизни. При ведении пациенток с вагинитами и вагинозами акушеры-гинекологи часто ограничиваются лечением болезни, а не больной. Психологический дискомфорт пациенток с патологическими выделениями требует особого внимания.

Стресс активирует ось «гипоталамус–гипофиз–надпочечники», запуская секрецию кортикотропного рилизинг-гормона в гипоталамусе, высвобождение кортизола из коры надпочечников и норадреналина — из симпатических нервных окончаний. Кортизол ингибирует связанное с эстрогенами созревание эпителия влагалища и накопление гликогена, в связи с чем уменьшается доминирование лактобацилл, что обеспечивает поддержание инфекции34.

Сопутствующий рост концентрации норадреналина усиливает воспалительный ответ за счёт сокращения выработки антимикробных белков (иммуноглобулинов, β-дефензинов, муцинов, секреторного ингибитора протеиназы лейкоцитов) и пролиферации патогенных строгих и факультативных анаэробов, а также других ИППП. В совокупности эти процессы приводят к усилению восприимчивости к инфицированию и тяжести течения вульвовагинитов. С большой степенью вероятности при наличии хронического стресса изолированная терапия может быть малоэффективной34.

У женщин с ожирением выше вероятность СД, но, по всей видимости, это грозное заболевание не служит самостоятельным фактором риска БВ в общей популяции. Иная ситуация имеет место при беременности — гестационный СД ассоциирован с подтверждённым ростом опасности БВ и ухудшением перинатальных исходов35.

Интересно, что комбинированные оральные контрацептивы могут обладать протективной ролью в отношении БВ. Их эстрогенные компоненты сводят к минимуму риск заболевания за счёт накопления гликогена в эпителиальных клетках36.

«Немирные обыватели»

Второй по частоте после БВ причиной патологических выделений из влагалища служит КВВ. Этот рецидивирующий микоз может оказывать существенное влияние на качество жизни, психическое здоровье и сексуальную активность, а во время беременности стать причиной инфекционных осложнений, выкидышей и преждевременных родов23, 37. Поскольку C. albicans входят в состав нормальной микробиоты, основным предрасполагающим к развитию заболевания фактором служит нарушение влагалищного микроценоза37.

Факторы риска КВВ включают беременность, СД, иммуносупрессию, приём антибактериальных препаратов и глюкокортикоидов, нарушение интимной гигиены, хронический стресс и многие другие состояния3, 38. Согласно результатам большинства клинических исследований, частота кандидозных инфекций значимо выше у женщин с СД, особенно при неудовлетворительном гликемическом контроле31, 39, 40. Здесь также имеет значение фактор гестации: у беременных с СД риск КВВ более чем в 4 раза выше вследствие неудовлетворительного метаболического контроля и более высокого индекса массы тела, а также изменений иммунитета4, 23. Впрочем, итоги некоторых работ не подтверждают гипотезу о повышении частоты КВВ у больных СД4.

Гипергликемическая среда служит источником энергии, необходимой для производства защитной биоплёнки кандид. Кроме того, гликемия свыше 10–11 ммоль/л может ослабить защитные механизмы иммунной системы, снижая миграцию нейтрофилов и ослабляя их хемотаксическую и фагоцитарную активность. Это повышает чувствительность больных СД к КВВ23. К тому же гипергликемия ожидаемо способствует гликированию белков — при взаимодействии с ними молекул углеводов первые теряют свою функциональность. В тканях слизистой оболочки это ведёт к снижению эффективности ряда протеинов системы антифунгальной резистентности41.

Лечение СД не всегда приносит «антимикотический успех»: так, терапия ингибиторами натрийзависимых переносчиков глюкозы (sodium-dependent glucose transporters, SGLT) 2-го типа — глифлозинами — сопряжена с повышенным (до 37%) риском колонизации мочеполовой области Candida spp.31, 40, 42 Препараты указанной группы понижают концентрацию глюкозы в крови, способствуя её выделению при мочеиспускании, что предрасполагает к мочевым инфекциям.

Отдалённые эффекты микробиоты

Результаты лабораторных и клинических исследований позволяют говорить о сложных двунаправленных отношениях между состоянием микробиома и риском эндометриоза. Это таинственное заболевание может быть связано с относительным повышением содержания Proteobacteria, Enterobacteriaceae (в том числе Escherichia coli), Bacteroidetes, Negativicutes и Streptococcaceae43, 44.

Отмечена повышенная численность Streptococcасeae, Moraxellaceae, Staphylococcaceae и Enterobacteriaceaе, а также пониженное содержание Lactobacillaceae в микробиоте матки у женщин с эндометриозом45. Теория бактериального обсеменения предполагает, что присутствие этих бактерий в матке запускает изменённую воспалительную реакцию и приводит к активации клеток врождённого иммунитета. Они в свою очередь инициируют высвобождение провоспалительных цитокинов и ангиогенных факторов роста в перитонеальной жидкости16, 46.

Ассоциация бактерий типа Firmicutes и рода Gardnerella с эндометриозом возможна, однако в настоящее время пока ещё не подтверждена44. Исследование цервикальной микробиоты отразило повышенное количество условно-патогенных бактерий при этом состоянии, включая E. coli, Gardnerella, Streptococcus, Shigella и Ureaplasma spp.47

Дисбиоз желудочно-кишечного тракта влияет на работу иммунной системы, «перебрасывая мостик» от гастроинтестинальных нарушений к эндометриозу. Бактерии способны активировать многочисленные клетки-продуценты провоспалительных медиаторов, включая интерлейкин-1β (IL-1β) и фактор некроза опухоли α (TNF-α). Более того, состав микробиоты может влиять на интенсивность боли при эндометриозе. Цитокины и хемокины, секретируемые микроглией или астроцитами, воздействуют на синаптическую нейротрансмиссию, что сопряжено с гиперчувствительностью22.

Вагинальный микробиом также может быть связан с течением СПЯ. Итоги работы 2021 года показали большее содержание L. crispatus у пациенток с повышенным уровнем тестостерона, в то время как при нормальном уровне гормона выше была концентрация L. iners. Впрочем, в целом в группе СПЯ концентрация Lactobacillus была ниже по сравнению со здоровыми женщинами вне зависимости от уровня тестостерона. Различий в содержании Gardnerella и Atopobium выявлено не было48.

Воспалительные заболевания репродуктивного тракта нередко ассоциированы с нарушениями менструального цикла, в том числе с аномальными маточными кровотечениями (АМК). В частности, отечественное исследование показало более высокий титр условно-патогенной биоты (p<0,05) у девочек-подростков с нарушениями менструального цикла (олигоменореей, АМК)49. Пациенткам с тяжёлой дисменореей присущи более низкое содержание лактобацилл во влагалище и более высокие пропорции потенциально провоспалительных бактерий во время менструации50.

У пациенток с БВ отмечены бóльшая частота дисменореи и тенденция к увеличению частоты АМК. Однако научные работы, посвящённые ассоциации АМК и БВ, весьма немногочисленны51, 52. Исследователям ещё предстоит выяснить, что первично в данных взаимосвязях — колонизация матки микроорганизмами, ассоциированными с БВ, и последующие воспалительные явления или же гормональные изменения, приводящие к нарушениям менструального цикла.

Не разлей вода

Внимательное изучение микробиома человека ещё в 2008 году позволило определить обсеменённость мекония новорождённого53. Некоторые авторы обнаружили, что микробный пейзаж кишечника доношенных и недоношенных младенцев имеет существенные отличия54.

Кроме того, важно отметить, что состояние эндокринной системы матери также может оказывать влияние на формирование микробиоты кишечника ребёнка на ранних этапах его колонизации55. Так, в результате сравнения двух выборок недоношенных детей, рождённых от здоровых матерей и женщин с заболеваниями эндокринной системы, исследователи выявили различия в составе микробиоты кишечника, которые начинали проявляться через 1 нед после рождения. У младенцев, рождённых от матерей с эндокринными нарушениями (заболеваниями щитовидной железы или СД), наблюдают повышенное содержание многих условно-патогенных микроорганизмов и пониженное — представителей Bifidobacterium и Lactobacillus.

Комплексный подход

В новых клинических рекомендациях «Бактериальный вагиноз» (2022) к первой линии терапии БВ относят производные нитроимидазола и клиндамицин. При отсутствии эффекта рекомендовано назначение других препаратов или методик лечения. В целях профилактики рецидивов БВ возможно применение антисептических и противомикробных средств для лечения гинекологических заболеваний, в том числе вагинальных пробиотиков, содержащих лактобактерии56.

Несмотря на огромный выбор противомикробных и антимикотических препаратов, проблема лечения БВ и КВВ не теряет своей актуальности. Учитывая высокую частоту заболеваний, длительное течение, частое рецидивирование процесса, необходим комплексный подход. Хорошей рекомендацией могут стать лекарственные препараты, охватывающие все наиболее вероятные этиологические факторы, в состав которых входит несколько активных веществ. Например, «Вагиферон» содержит интерферон α-2b человеческий рекомбинантный, метронидазол, флуконазол, а также борную кислоту (антисептик). Благодаря комбинированному составу препарат оказывает комплексное противовирусное, иммуномодулирующее, противовоспалительное, противогрибковое, противомикробное, противопротозойное действие на широкий спектр микроорганизмов (бактерии, вирусы, грибы, простейшие) и поддерживает pH влагалища на физиологическом уровне со сдвигом в кислую сторону.

Свойства «Вагиферона» доказаны и подтверждены в многочисленных исследованиях. Так, в одном из них улучшение после его применения наблюдали у 100% женщин с БВ и КВВ57. Важно отметить, что данный лекарственный препарат возможно применять в качестве монотерапии. Широкий спектр противомикробного действия позволяет рекомендовать препарат для лечения БВ и смешанных вагинальных инфекций58.

Нарушение микробиоценоза влагалища можно рассматривать как проявление системного дисбиотического процесса, затрагивающего микробиоту не только мочеполовой системы, но и различных полостей организма. В ходе многочисленных исследований было установлено, что биохимический, биофизический профиль вагинальной среды, а также оптимальное состояние микробиоценоза влагалища определяются состоянием эндокринной системы.

При ведении пациенток с патологическими белями недопустимы полумеры. Вагинальные выделения, зуд, диспареуния, дисменорея — тяжёлые удары по качеству жизни женщины. Особое внимание отводят рецидивирующему течению процесса, что требует персонализированных рекомендаций по ведению и дальнейшему наблюдению. Комплексный персонифицированный подход к диагностике и лечению вагинальных дисбиотических состояний, в том числе и с позиции эндокринного статуса, — единственный способ предупредить осложнения и надолго сохранить достигнутое благополучие.

Литература и источники


  1. Stappenbeck T.S., Virgin H.W. Accounting for reciprocal host-microbiome interactions in experimental science // Nature. 2016. Vol. 534. №7606. P. 191–199. [PMID: 27279212] 

  2. Farhat S., Hemmatabadi M., Ejtahed H.S. et al. Microbiome alterations in women with gestational diabetes mellitus and their offspring: A systematic review // Front. Endocrinol. (Lausanne). 2022. Vol. 8. P. 13. [PMID: 36568098] 

  3. Gonçalves B., Ferreira C., Alves C.T. et al. Vulvovaginal candidiasis: epidemiology, microbiology and risk factors // Crit. Rev. Microbiol. 2016. Vol. 42. №6. P. 905–927. [PMID: 26690853] 

  4. Marschalek J., Farr A., Kiss H. et al. Risk of vaginal infections at early gestation in patients with diabetic conditions during pregnancy: A retrospective cohort study // PLoS One. 2016. Vol. 11. №5. P. e0155182. [PMID: 27167850] 

  5. Punzón-Jiménez P., Labarta E. The impact of the female genital tract microbiome in women health and reproduction: A review // J. Assist. Reprod. Genet. 2021. Vol. 38. №10. P. 2519–2541. [PMID: 34110573] 

  6. Salliss M.E., Farland L.V., Mahnert N.D., HerbstKralovetz M.M. The role of gut and genital microbiota and the estrobolome in endometriosis, infertility and chronic pelvic pain // Hum. Reprod. Update. 2021. Vol. 28. №1. P. 92–131. [PMID: 34718567] 

  7. Łaniewski P., Ilhan Z.E., Herbst-Kralovetz M.M. The microbiome and gynaecological cancer development, prevention and therapy // Nat. Rev. Urol. 2020. Vol. 17. №4. P. 232–250. [PMID: 32071434] 

  8. Chambers L.M., Bussies P., Vargas R. et al. The microbiome and gynecologic cancer: current evidence and future opportunities // Curr. Oncol. Rep. 2021. Vol. 23. №8. P. 92. [PMID: 34125319] 

  9. Chattopadhyay I., Gundamaraju R., Jha N.K. et al. Interplay between dysbiosis of gut microbiome, lipid metabolism, and tumorigenesis: Can gut dysbiosis stand as a prognostic marker in cancer? // Dis. Markers. 2022. Vol. 2022. P. 2941248. [PMID: 35178126] 

  10. Hoffman K., Brownell Z., Doyle W.J., Ochoa-Repáraz J. The immunomodulatory roles of the gut microbiome in autoimmune diseases of the central nervous system: Multiple sclerosis as a model // J. Autoimmun. 2022. [Online ahead of print] [PMID: 36435700] 

  11. Wang R., Tang R., Li B. et al. Gut microbiome, liver immunology, and liver diseases // Cell. Mol. Immunol. 2021. Vol. 18. №1. P. 4–17. [PMID: 33318628] 

  12. Sankararaman S., Noriega K., Velayuthan S. et al. Gut microbiome and its impact on obesity and obesity-related disorders // Curr. Gastroenterol. Rep. 2023. Vol. 25. №2. P. 31–44. [PMID: 36469257] 

  13. Sikalidis A.K., Maykish A. The gut microbiome and type 2 diabetes mellitus: discussing a complex relationship // Biomedicines. 2020. Vol. 8. №1. P. 8. [PMID: 31936158] 

  14. Hickey R.J., Zhou X., Settles M.L. et al. Vaginal microbiota of adolescent girls prior to the onset of menarche resemble those of reproductive-age women // mBio. 2015. Vol. 6. №2. [PMID: 25805726] 

  15. Андреева Е.Н., Абсатарова Ю.С. Эндокринные аспекты ведения пациенток с вагинальными инфекциями // Акушерство и гинекология. 2019. №3. С. 141–146. 

  16. Jiang I., Yong P.J., Allaire C. et al. Intricate connections between the microbiota and endometriosis // Int. J. Mol. Sci. 2021. Vol. 22. №11. P. 5644. [PMID: 34073257] 

  17. Miller E.A., Beasley D.E., Dunn R.R., Archie E.A. Lactobacilli dominance and vaginal ph: why is the human vaginal microbiome unique? // Front. Microbiol. 2016. Vol. 7. P. 1936. [PMID: 28008325] 

  18. Takada K., Melnikov V.G., Kobayashi R. et al. Female reproductive tract-organ axes // Front. Immunol. 2023. Vol. 31. [PMID: 36798125] 

  19. Дикке Г.Б., Баранов И.И., Байрамова Г.Р. Бактериальный вагиноз: парадокс XXI века // Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2021. №4 (34). С. 52–62. 

  20. Achilles S.L., Austin M.N., Meyn L.A. et al. Impact of contraceptive initiation on vaginal microbiota // Am. J. Obstet. Gynecol. 2018. Vol. 218. №6. P. 622.jpg1–622. e10. [PMID: 29505773] 

  21. Escalda C., Botelho J., Mendes J.J. et al. Association of bacterial vaginosis with periodontitis in a cross-sectional American nationwide survey // Sci. Rep. 2021. Vol. 11. №1. P. 630. [PMID: 33436651] 

  22. Ustianowska K., Ustianowski Ł., Machaj F. et al. The role of the human microbiome in the pathogenesis of pain // Int. J. Mol. Sci. 2022. Vol. 23. №21. P. 13267. [PMID: 36362056] 

  23. Zhang X., Liao Q., Wang F. et al. Association of gestational diabetes mellitus and abnormal vaginal flora with adverse pregnancy outcomes // Medicine (Baltimore). 2018. Vol. 97. №34. P. e11891. [PMID: 30142788] 

  24. Честнова Т.В., Марийко А.В., Руднева А.А. Бактериальный вагиноз. Обзор литературы // Вестник новых медицинских технологий. 2021. Т. 28. №1. С. 14–21. 

  25. Бадретдинова Ф.Ф., Каюмов Ф.А., Шейда Л.А. Клиническое значение цитохимического теста на гликоген в определении эффективности терапии бактериального вагиноза // Медицинский вестник Башкортостана. 2014. №9 (5). С. 9–12. 

  26. Spear G.T., McKenna M., Landay A.L. et al. Effect of pH on cleavage of glycogen by vaginal enzymes // PLoS One. 2015. Vol. 10. №7. P. e0132646. [PMID: 26171967] 

  27. Bhandari P., Tingley J., Abbott D.W., Hill J.E. Glycogen-degrading activities of catalytic domains of α-amylase and α-amylase-pullulanase enzymes conserved in gardnerella spp. from the vaginal microbiome // J. Bacteriol. 2023. Vol. 205. №2. P. e0039322. [PMID: 36744900] 

  28. Brookheart R.T., Lewis W.G., Peipert J.F. et al. Association between obesity and bacterial vaginosis as assessed by Nugent score // Am. J. Obstet. Gynecol. 2019. Vol. 220. №5. P. 476.jpg1–476.jpg11. [PMID: 30707966] 

  29. Shivakoti R., Tuddenham S., Caulfield L.E. et al. Dietary macronutrient intake and molecular-bacterial vaginosis: Role of fiber // Clin. Nutr. 2020. Vol. 39. №10. P. 3066–3071. [PMID: 32033845] 

  30. Daubert E., Weber K.M., French A.L. et al. Obesity is associated with lower bacterial vaginosis prevalence in menopausal but not pre-menopausal women in a retrospective analysis of the Women’s interagency HIV study // PLoS One. 2021. Vol. 16. №3. P. e0248136. [PMID: 33684141] 

  31. Talapko J., Meštrović T., Škrlec I. Growing importance of urogenital candidiasis in individuals with diabetes: A narrative review // World J. Diabetes. 2022. Vol. 13. №10. P. 809–821. [PMID: 36311997] 

  32. Tuddenham S., Ghanem K.G., Caulfield L.E. et al. Associations between dietary micronutrient intake and molecular-bacterial vaginosis // Reprod. Health. 2019. Vol. 16. №1. P. 151. [PMID: 31640725] 

  33. Maruvada P., Leone V., Kaplan L.M. et al. The human microbiome and obesity: moving beyond associations // Cell Host Microbe. 2017. Vol. 22. №5. P. 589–599. [PMID: 29120742] 

  34. Amabebe E., Anumba D.O.C. Psychosocial stress, cortisol levels, and maintenance of vaginal health // Front. Endocrinol. (Lausanne). 2018. Vol. 9. P. 568. [PMID: 30319548] 

  35. Vignera S.L., Condorelli R.A., Cannarella R. et al. Urogenital infections in patients with diabetes mellitus: Beyond the conventional aspects // Int. J. Immunopathol. Pharmacol. 2019. Vol. 33. [PMID: 32031031] 

  36. Brooks J.P., Edwards D.J., Blithe D.L. et al. Effects of combined oral contraceptives, depot medroxyprogesterone acetate and the levonorgestrel-releasing intrauterine system on the vaginal microbiome // Contraception. 2017. Vol. 95. №4. P. 405–413. [PMID: 27913230] 

  37. Радзинский В.Е., Манухин И.Б., Ордиянц И.М. и др. Эффективность восстановления вагинальной микробиоты после противомикробной терапии бактериального вагиноза и вульвовагинального кандидоза у беременных (по результатам многоцентрового проспективного неинтервенционного сравнительного исследования) // РМЖ. Мать и дитя. 2021. №3. С. 192–200. 

  38. Akimoto-Gunther L., Bonfim-Mendonça P.S., Takahachi G. et al. Highlights regarding host predisposing factors to recurrent vulvovaginal candidiasis: chronic stress and reduced antioxidant capacity // PLoS One. 2016. Vol. 11. №7. P. e0158870. [PMID: 27415762] 

  39. Bassyouni R.H., Wegdan A.A., Abdelmoneim A. et al. Phospholipase and aspartyl proteinase activities of Candida species causing vulvovaginal Candidiasis in patients with type 2 diabetes mellitus // J. Microbiol. Biotechnol. 2015. Vol. 25. №10. P. 1734–1741. [PMID: 26032358] 

  40. Mohammed L., Jha G., Malasevskaia I. et al. The interplay between sugar and yeast infections: do diabetics have a greater predisposition to develop oral and vulvovaginal candidiasis? // Cureus. 2021. Vol. 13. №2. P. e13407. [PMID: 33758703] 

  41. Успенский Ю.П., Горбачёва И.А., Фоминых Ю.А. и др. Роль инфекции Helicobacter pylori и дрожжеподобных грибов Candida spp. в патогенезе метаболического синдрома // Университетский терапевтический вестник. 2021. Т. 3. №3. С. 35–46. 

  42. Yokoyama H., Nagao A., Watanabe S. et al. Incidence and risk of vaginal candidiasis associated with sodium-glucose contransporter 2 inhibitors in real-world practice for women with type 2 diabetes // J. Diabetes Investig. 2019. Vol. 10. №2. P. 439–445. [PMID: 30136398] 

  43. D’Alterio M.N., Giuliani C., Scicchitano F. et al. Possible role of microbiome in the pathogenesis of endometriosis // Minerva Obstet. Gynecol. 2021. Vol. 73. №2. P. 193–214. [PMID: 33851803] 

  44. Leonardi M., Hicks C., El-Assaad F. et al. Endometriosis and the microbiome: A systematic review // BJOG. 2020. Vol. 127. №2. P. 239–249. [PMID: 31454452] 

  45. Khan K.N., Fujishita A., Masumoto H. et al. Molecular detection of intrauterine microbial colonization in women with endometriosis // Eur. J. Obstet. Gynecol. Reprod. Biol. 2016. Vol. 199. P. 69–75. [PMID: 26901400] 

  46. Wessels J.M., Domínguez M.A., Leyland N.A. et al. Endometrial microbiota is more diverse in people with endometriosis than symptomatic controls // Sci. Rep. 2021. Vol. 11. №1. P. 18877. [PMID: 34556738] 

  47. Ata B., Yildiz S., Turkgeldi E. et al. Comparison of vaginal, cervical and gut microbiota between women with stage 3/4 endometriosis and healthy controls: The endobiota study // Sci. Rep. 2019. Vol. 9. №1. P. 2204. [PMID: 30778155] 

  48. Hong X., Qin P., Yin J. et al. Clinical manifestations of polycystic ovary syndrome and associations with the vaginal microbiome: A cross-sectional based exploratory study // Front. Endocrinol. (Lausanne). 2021. Vol. 23. P. 12. [PMID: 33967963] 

  49. Воропаева Н.М., Немченко У.М., Григорова Е.В. и др. Особенности микроэкологии вагинального биотопа девочек-подростков с расстройствами менструаций // Репродуктивное здоровье детей и подростков. 2018. Т. 14. №1. С. 37–44. 

  50. Chen C.X., Carpenter J.S., Gao X. et al. Associations between dysmenorrhea symptom-based phenotypes and vaginal microbiome: A pilot study // Nurs. Res. 2021. Vol. 70. №4. P. 248–255. [PMID: 33813547] 

  51. French J.I. Abnormal bleeding associated with reproductive tract infection // NAACOGS Clin. Issu. Perinat. Womens Health Nurs. 1991. Vol. 2. №3. P. 313–321. [PMID: 1931376] 

  52. Venugopal S., Gopalan K., Devi A. et al. Epidemiology and clinico-investigative study of organisms causing vaginal discharge // Indian J. Sex. Transm. Dis. AIDS. 2017. Vol. 38. №1. P. 69–75. [PMID: 28442807] 

  53. Jimenez E., Marin M.L., Martin R. et al. Is meconium from healthy newborns actually sterile? // Res. Microbiol. 2008. Vol. 159. P. 187–193. [PMID: 18281199] 

  54. Chernikova D.A., Madan J.C., Housman M.L. et al. The premature infant gut microbiome during the first 6 weeks of life differs based on gestational maturity at birth // Pediatr. Res. 2018. Vol. 84. №1. P. 71–79. [PMID: 29795209] 

  55. Припутневич Т.В., Николаева А.В., Шабанова Н.Е. и др. Особенности микробиоты недоношенных детей, рождённых от матерей с заболеваниями эндокринной системы // Акушерство и гинекология. 2021. №2. С. 96–104. 

  56. Бактериальный вагиноз: Клинические рекомендации / Минздрав РФ. М., 2022. — Ссылка

  57. Олина А.А., Метелева Т.А. Современные возможности терапии больных с неспецифическими инфекционными заболеваниями влагалища // Российский вестник акушера-гинеколога. 2016. №16 (6). С. 89–94. 

  58. Инструкция по медицинскому применению лекарственного препарата «Вагиферон». ГРЛС, 2019. — Ссылка

Главная страница Календарь мероприятий Субботники МАРС Журнал для акушеров-гинекологов Журнал для педиатров Журнал для неонатологов Книги Информационные бюллетени SPNavigator мобильное приложение для врачей Медицинский контент О компании Контакты